Playthings - страница 141
В салоне связи, пока ждем мою сим-карту, стоим плечо к плечу за стойкой, подпирая ее локтями. Я пытаюсь быть единственной вменяемой, пока Блондин тихонечко, практически на ухо, шутливо пытается выяснить, кто из двоих ребят-консультантов гей, небрежно поигрываясь в руке моим белым айфоном. Забавно, но теперь наши телефоны — парные, только у Блондина он черный. Видимо, Аарон и Джес решили убить двух зайцев сразу и заказали их к нашим дням рождения. Должно выглядеть весьма романтично для самой обычной пары, которая еще и о помолвке объявила, но учитывая что все в наших отношениях было уж слишком непредсказуемо…
— Что? — тупо переспросила я, надеясь, что мне и вправду не послышалось.
— Хочу. Тебя. Поцеловать. Прямо сейчас.
- “Прямо сейчас” будет вечером, когда ты закопаешь труп Лисенка, — невозмутимо отозвалась я, искоса наблюдая за реакцией на ответ. Мика же фыркнул мне в ухо, отстранившись, надул щеки и, подперев ладонью подбородок, отвернулся в сторону консультантов.
— Коварная женщина.
— У меня был великолепный учитель, — улыбнулась я.
— Это был только факультатив, ты не посещала занятия основного курса, — Мика сказал это с таким невозмутимым лицом, но с такой интонацией, что мне захотелось посетить занятие прямо сейчас и прямо на заднем сиденье машины. — Ну что, ты готова записаться на курс? — он насмешливо покосился на меня, как бы невзначай барабаня мизинцем по нижней губе. Вот же…
— Я подозреваю, мне не хватит места в аудитории, у вас же такая популярная специализация и столько желающих.
— …поэтому у меня весьма строгий отбор, но у вас же есть грант на обучение, мне придется принять вас без собеседований, если вы захотите.
— Твою мать, Каллахен! — не выдержала я. — Прекрати.
Блондин злорадно ухмыльнулся и пожал плечами. Ну вот что, что мне с этим делать? По каким правилам играть? Снова строить святую невинность и давать по тормозам, или все-таки, наоборот, пустить все на самотек? Но ведь потом…
Потом.
Потом…
Плевать мне на это “потом”, хочу наконец-то жить с “сейчас”. А сейчас Мика Каллахен мне улыбается, отчего сердце из груди вот-вот выскочит, и мне ничего не остается, как иронично возвести глаза к потолку.
— Ты невозможен.
— Я незабываем? — уточнил он.
— И это тоже, — соглашаюсь я, и улыбка Блондина становится такой потрясающе ослепительной, что мне даже не жаль проигранного раунда, да чего уж там — проигранной войны. Хотя в этой войне, скорее всего, победителя и не должно быть.
— Мы же… не встречаемся? — спросил наконец-то Мика, когда мы уже остановились на заднем дворе “Саванны” рядом с моим “Жуком”. Всю дорогу я ковырялась с новым телефоном, поэтому мы почти не говорили в пути, — и когда я подняла на водителя глаза, все еще размышляя над списком контактов, ответила не раздумывая:
— Как хочешь.
— Я не совсем уверен, что… — нервно пробормотал он в ответ, не менее нервно и криво улыбнулся, потирая шею и откинувшись на спинку водительского кресла. — Тем более я же… гей.
Он был сконфужен просто ну настолько, что я подавилась смехом, едва не выронив телефон куда-то под ноги, и махнула на него рукой, отстегивая ремень безопасности — время уже поджимало, а надо было еще и до общаги добраться. Я все понимала, и даже понимала то, что Мика спросил не просто так — ему действительно было важно, что об этом думаю я. Это было… приятно. И если раньше все это было весьма прикрыто еще миллионом словечек, что сбивало с толку, то сейчас…
— Ты мне нравишься. И я готова ненавидеть тебя только за это. Ты… упырь!
— Это было самое романтичное признание в моей жизни.
— Да ну тебя, — отмахнулась я. Не ожидала я, что это получится так легко сказать. Впрочем, он мне “нравится”, а не то, что “очень нравится”, хотя что бы изменилось от одного слова?
— Нравлюсь? — Блондин перехватил меня за запястье скорее просто для того, чтобы я не выскочила из машины в ту же секунду. — Правда?
— Мне казалось, мы это выяснили? — наивно похлопала я ресницами, зачарованно разглядывая приборную панель.
— Пф.
— Ты же хотел поговорить об этом… вечером? У кого пергидроль в голове?
Мика хмыкнул в ответ, но даже комментировать не стал. Чувствую, за пергидроль мне еще достанется, но позднее. И как я раньше не догадалась использовать это как очередную шпильку?
В общаге никого не было, но я уже представила, как на меня накинется изнывающая от любопытства Мелисса где-нибудь на обеденном перерыве. Может, пообедать у мадам Жюстин? И пропустить отличный цирк с Микой Каллахеном в столовой? Такой соблазн, такой соблазн. Да и Ник — с этим еще занятнее. Как он будет себя вести, и о чем с ним говорил Блондин? Вряд ли он грозился его прикопать под баскетбольной площадкой, да и если следовать любимым поведенческим инстинктам Мики — они о чем-то обоюдно договорились, и я догадываюсь о чем.
— Эй, привет.
Мироздание подкинуло мне Лисенка в первые же минуты после въезда на территорию университета — мы столкнулись уже на крыльце главного здания. Золотистоволосое чудо в смешной шапке с помпоном поздоровалось со мной первое и даже улыбнулось — как ни в чем ни бывало. Я удивленно вскинула на него глаза, притормозив на лестнице и поздоровалась в ответ.
— Как твои дела? Смотрю, ты тоже утеплилась, — он кивнул на шарф, в который я замоталась по самый нос. — У вас тут весьма суровая осень, мне пришлось выпросить шапку у соседа по комнате… — Ник похлопал себя по маковке, махнул рукой и спустя секунду уже сбегал по лестнице вниз. Тут я его понимала — времени оставалось в обрез. Судя по всему, шарахаться от меня и обходить по дуге рыжий не собирался, да и чувствовал себя вполне комфортно — точнее сказать, вел себя как ни в чем ни бывало. Хотя вряд ли я могу судить по такой мимолетной встрече, но в любом случае среагировали мы друг на друга без какой-либо неприязненной гримасы, и на том спасибо.
