Playthings - страница 235

— Большую часть команды снова зарезервировали выпускники твоего факультета — предрождественские работы для диплома, в том году так же было, — Мика лениво тянет картошку в рот, и я безбожно пялюсь на его губы. — Почему этот твой конкурс охватывает исключительно женские модели? Мы бы обошли всех, будь я твоей моделью, честное капитанское!

— У нас еще будет шанс, я уверена.

— Твои рубашки заслуживают отдельной фотосессии. Я могу позвонить паре знакомых, это не проблема. Только мне придется подсушиться немного… — он задумчиво потирает щеку, вздыхает на картошку. — Я буду скучать без тебя, моя прелесть. Эх.

— И почему мы раньше об этом не подумали?

— Потому что эти рубашки вообще-то в моей частной собственности, и я не планирую делиться.

— Мика.

Он тихо смеется и целует меня, и вот сейчас, за этим столиком в столовой, все идеально. Мне не хватает только голоса Мелиссы и смеха Сьюз, Нэйтана с его бесконечными шуточками, — но ребята слишком заняты финальными и своими личными делами, и мы увидимся в лучшем случае завтра утром.

— Какие у нас планы?

— Едем за елкой?

Спустя пару дней, когда небольшая, но очень уютная елка находит свое место в дальнем углу гостинной, и Рождество уже совсем-совсем близко, мы слегка цапаемся — из-за ерунды, как всегда, но что поделать, когда мы остаемся сами собой даже будучи в одной кровати.

Сидя на барном стуле за столом, я мрачно наблюдаю, как Каллахен небрежно шлепает мимо меня из коридора в спальню, видимо что-то позабыв. На часах ранее утро, упырь привычно сбегает в университет на собрание старост, и все бы ничего, но я даже со своего места вижу грязные следы на полу — за окном слякоть и грязь, и за ночь она не успела просохнуть. С грохотом поставив чашку на стол, я встречаю Мику из спальни хмурым взглядом:

— Эй, у тебя что, совести нет?

Блондин удивленно вскидывает брови, а я в ответ киваю на особо заметные следы у дивана.

— Ой.

— Ой? Я смирилась, что ты игнорируешь существование раковины и грязной посуды, но тут-то не будь свиньей, я только вчера пылесос доставала. Мика!

— …ты все равно еще дома, чего кипятишься.

— То есть мне опять его доставать, потому что ты невоспитанный хмырь?

— Джейсон, это моя квартира.

— Ты можешь хоть на голове ходить, знаю-знаю, — я подняла руки вверх. — Но я тут на должности домработницы?

Мика глубоко вздохнул, мне кажется даже до пяти досчитал, и пошел в сторону двери.

Через пару часов, появившись в университете, первое, что я замечаю на ближайшем перерыве, проскакивая с лекции на лекцию, — это Мика, который безбожно флиртует с какими-то девушками. Возможно, в его понятии это вовсе и не флирт, они просто болтают, но этот цирк целиком и полностью только для единственного зрителя. Блондин даже не смотрит, зато смотрят все остальные, и это чертовски бесит.

— У вас все в порядке? — Мэтт толкнул меня плечом. Я лишь раздраженно фыркнула в ответ, а что я еще могла сделать? Подкатывать злобной мегерой я не хочу в первую очередь потому, что это глупо и бессмысленно. А подходить с улыбочкой стэпфордской женушки я еще не научилась, и вряд ли когда научусь.

Позднее, припарковавшись рядом с “Астон Мартин” перед самым выездом домой, я вылила целый стакан розового клубничного коктейля прямо на лобовое стекло и даже стаканчик на капоте оставила. С сердечком.

Подозреваю, Мика был в восторге.

Он даже звонить не стал, но вернулся вечером гораздо позже обычного, молчаливый и хмурый. У меня на большом экране была очередная серия “Сверхъестественного”, я с ногами сидела на диване и успела бросить на капитана быстрый взгляд. Разувшись, тот прошел в мою сторону и в молчании поставил на журнальный столик пустой высокий стакан из-под кофе — там было латте или капучино, не угадать. У меня даже рот открылся.

— Ах ты…! Как я завтра поеду?

— Автомойка в квартале отсюда, не пропустишь. Как раз по пути. Черт, я же сердечко забыл нарисовать…

Мика стянул пальто с плеч, увернулся от прицельно брошенной мной подушки, только хмыкнул в ответ.

— Ты труп, Каллахен. Что за детский сад?

— И я тебя люблю.

— А я тебя — нет.

— Быстро ты.

Он откатился в спальню, потом молча ушел в ванную — я услышала шум воды в душевой кабине.

“Вы два отбитых психопата!”

От Мелиссы приходит сообщение со скриншотом из инстаграма Мики — коллаж из двух наших облитых машин и с подписью в виде черепа с костями. Я отправила ей веселый смайлик в ответ, полюбовалась на красоту современного искусства на наших лобовых стеклах еще раз, сохранила его на память.

— Больше никаких коктейлей на капот, — ворчит из ванной Мика. Я беззвучно передразниваю его, листая ленту сообщений в телефоне. — Эй?

— Просишь невозможного.

— Я же не прошу тебя не быть занудой. Вот это — невозможное.

Я делаю звук сериала громче, как раз в тот момент, когда на экране какая-то динамичная сцена с ревом, хлюпаньем и топотом ног. Дженсен Эклз, как всегда, услада глаз моих. Идеальный мужик.

Уж он-то точно вряд ли выливает коктейль на лобовое стекло машины своей жены.

— Примирительный секс?

— Мы еще не мирились.

— …но мы и не ругались.

Я вижу его отражение в экране телевизора, оборачиваюсь и хитро улыбаюсь.

О чем я вообще?

Никто в жизни не смотрел на меня так, как смотрит Мика Каллахен.

— Что, твои курицы в уни совсем плохо трахаются?

— Боюсь сравнивать, вдруг разница будет очевидна?

— Ты бессмертный?

— Я встречаюсь с ведьмой, этого достаточно.