Playthings - страница 78
Стив склонил голову, насмешливо глядя на меня из-под отросшей челки. Русые волосы достались ему от отца, как и мне. Только я свой натуральный цвет уже и не помню, теперь у брата это живое напоминание. Они у него еще и выгорели на солнце и стали отливать золотистым, забавно. Вот у меня такого никогда и не было, даже в детстве. Да и загораю я не в пример хуже…
Лет с четырнадцати младший безуспешно пытается пригласить нашу соседку и мою хорошую школьную подругу Камиллу на свидание. Вряд ли там кроется что-то серьезное, просто Стивену нечем заняться, но вот уже много лет эта традиция не стареет. Каждый раз Камилла упорно отказывается, а Стив кивает и ждет следующего ее приезда. Подруга учится очень далеко, и видимся мы с ней только в родном городе. То есть: раз или два в году, что очень ее огорчает.
— Или как, — отозвалась я, дернув плечами.
— Дурочка, мама по тебе и так скучает, а ты рожи корчишь.
— Мне некогда.
— Я вижу, как тебе некогда. Хочешь, вернемся домой вчетвером? Миссис Каллахен все равно наказала нам пригнать старшего горного льва в гости — после отдыха тут. Ты представить не можешь, какую лекцию она прочитала нам с Марком, — братец скривился, как будто съел целый лимон. — Я-то тут при чем?
Блондин опять глухо хмыкнул у меня над самым ухом.
— Ты же знаешь, это наша мама. Поздно уже удивляться, — Мика покрутил вилку между пальцев и резво вонзил ее в куриный кусок в собственной тарелке с “Цезарем”. — Так она вас за мной отправила? Как мило.
То, что Каллахен вклинился в разговор, меня не удивило. Он и так вечно как в бочке затычка. Впрочем, зато он перевел разговор на другую тему. Не хотелось мне сейчас разговаривать о приезде домой и давать ложных обещаний.
— Как же вы похожи, а! — теперь в нашу песочницу пришла и Джес. Видимо, Марк закончил свою сагу о прошлой игре, и та воспользовалась моментом. Я бы на ее месте сделала то же самое, поэтому пришлось улыбаться в ответ.
— Правда? А мама говорит, что я больше в отца пошла. Посмотри, этим ямочкам на щечках я завидовала с самого его рождения. Вселенская несправедливость.
— Ты переживаешь из-за ямочек? — Джес хихикнула. — Глазам не верю.
— Нашла из-за чего переживать, — ухмыльнулся Мика над ухом, как надоедливый внутренний голос. — Ямочки. Ты на свою грудь посмотри или еще куда…
— Смотрю, ты просто блюститель моей груди, — я покосилась на него, стараясь вложить во взгляд максимальное количество раздражения. Да когда же это кончится-то? Стоило один раз проявить слабость и показать, что меня это задевает, так сразу же это стало главной темой дня.
— А кто еще, если не я, — кокетливо отозвался Блондин. Даже ресницами похлопал для верности. У меня от этого аж зубы свело. Раздражает! Будь мы на кухне одни, с головы этого балбеса давно стекал мой сок. Никто не поймет, если я сейчас это сделаю. Мы же вроде как пара. А пара постоянно воркует о чем-либо, прямо как мы сейчас, и уж точно не льет друг на друга напитки. По-крайней мере, прилюдно.
Черт возьми, вот незадача.
— Кто угодно, но только не ты, — огрызнулась я, скривившись.
— Ты просто прелесть. И как еще принц Уильям на тебе не женился? — съязвил Мика, улыбаясь как самая что ни на есть невинная пастушка. Видимо, эту фразу услышал и его младший брат. Звучно замычав с набитым ртом, он хлопнул себя по лбу, кое-как пробормотал “газета, газета!” и метнулся с кухни в холл. Вернулся он спустя полминуты, с улыбкой во весь рот и раскрытым утренним журналом.
— Про вчерашний вечер написали, мы случайно наткнулись, когда в аэропорту багаж ждали, — торжественно провозгласил Марк, протягивая журнал брату. — Фотография, кстати, неплохая. Джейсон, платье великолепное! Твой брат едва не скончался, когда я ему показал статью.
— Надо обязательно родителям показать, — закивал Стивен, гнусно улыбаясь со своей половины стола. — Гордость семьи в платье и босоножках. Их инсульт хватит!
— Не надо им ничего показывать! — активно возразила я, а только брат громко рассмеялся в ответ и махнул рукой.
— И правда, хорошая фотография, — Мика толкнул меня локтем в бок, и я глянула в журнал. Статья была про вечер в целом, занимала аж три страницы с кучей фотографий пафосных деятелей местного разлива. С Аароном было два снимка! На одной из них он был с каким-то мужчиной в светлом костюме, на второй — с семьей. То есть, с нами и Джес. Я уже даже не помню, когда нас так успели запечатлеть репортеры, но кадр был правда миленьким. У Мики на удивление не было привычных рогов и злобного оскала, а я смутно угадывалась под темными локонами и тем платьем с шикарным декольте. Надо оставить его на выпускной бал в университете, вот все удивятся!
Подпись к фотографии убила остатки здравомыслия. “Аарон Каллахен с супругой, старшим сыном и его невестой”.
Шутите?
Видимо, Мика заметил подпись одновременно со мной.
— Папа, я же просил! — возмущенно проворчал он, поднимая глаза на Аарона. — Зачем ты форсируешь события?
— Это ты все тормозишь и тормозишь, — Аарон отмахнулся от старшего сына как он надоедливой мухи. — Пока тебя носом не ткнешь, так и будешь топтаться на одном месте.
— Но это не значит, что ты имеешь права так себя вести. Думаешь только о себе, как всегда.
— Это ты продолжаешь думать только о себе. Если ты такой тормоз, то слушай советов родителей. Прости, Джейсон, — Аарон на мгновение глянул на меня, и мне пришлось безразлично пожать плечами в ответ. Занятно наблюдать, как глава семьи все крепче и крепче затягивает веревку на шее сына, и как Мика активно сопротивляется. Зачем Аарон это делает, я не понимала, но знала точно, что если Блондин не перестанет дергаться — придушит сам себя.
