Игрушка для босса - страница 114
Наши возможные теплые взаимоотношения еще портит тот факт, что Белозерцева положила глаз на Генерального директора компании. А он впритык ее не замечает. Даже общается с ней, в те редкие встречи в его кабинете, когда он чихвостит всех сотрудников, не смотря в лицо, а куда-то сквозь нее. Словно разговаривает не с человеком, а с неодушевленным предметом.
Такое недоброжелательное поведение начальника влюбленную женщину до невозможности обижает. Но она перед ним держится достойно, а потом срывается на молоденьких практикантках, которых периодически вынуждена вести.
А ко мне Давид Хачатурович, а сокращенно Хачапури, как мы дружно его зовем, относится куда теплее и внимательнее. Часто встречаемся в коридорах организации. Общается неформально и даже немного флиртует. Восточный мужчина как не крути.
Ире такое внимание к моей скромной персоне совсем не нравится. Но и предъявить претензий мне не может, потому что знает, я дружу с родственницей босса, Зариной. Часто бываю в их доме. Общаюсь с начальником в неофициальной обстановке, поэтому и в офисе он ведет себя со мной свободно, по-дружески.
И поэтому она никак не может определиться, как ей быть. С одной стороны, я ей не нравлюсь, просто потому, что молода и привлекательна. Она считает меня своей соперницей и конкуренткой на внимание неженатых мужчин нашей фирмы. А с другой стороны, ей хочется поближе подобраться к объекту своего вожделения, а через меня это сделать вполне реально.
Поэтому ее отношение ко мне меняется день ото дня, а я уже привыкла к фырканью девушки и не обращаю особого внимания. Свободно пользуюсь ее чаем, кофе и с сахаром, но не потому что такая наглая, просто постоянно забываю принести свои. Зато в обеденный перерыв я щедро делюсь с ней молочной шоколадкой, которая всегда покоится в моей сумке или кофейными леденцами, которые помогают мне не спать, когда я полночи перед работой тружусь в мастерской над очередным заказом.
Кстати, теперь у меня появился постоянный клиент в виде молодой театральной труппы, для которой я шью сценические костюмы. Бюджет у них не большой, но для меня отличный опыт и возможность показать себя, поэтому работаю с энтузиазмом и интересом. Тем более ребята обещают, что когда прославятся и разбогатеют, усыпят меня золотом и бриллиантами. Я, конечно, лапшу с ушей вилкой снимаю. Зазвездятся и забудут, кто с ними пахал днем и ночью, как не крути. Да и ладно, нам славы не надо, и в тени вполне комфортно.
День завертелся, закружился бумажным вальсом составления никому не нужных отчетов. Нет не так…отчеты, они, естественно, очень нужны, но начальству лишь на 17 секунд, а некоторые просто для галочки. А еще ими можно постучать по столу или напугать кого то, но редко образовать.
В сумке оживает телефон, и я, оторвавшись от документов, быстро тянусь за гаджетом. А параллельно подмечаю, что Костик, вместо работы, щелкает неутомимой «косынкой». На приторно зеленом фоне мелькают крести и черви, собираясь в банальный пасьянс.
Ухмыльнувшись, достаю из дебрей мобильник. Не знает наш милый лохматый Костик, что админы отслеживают каждый компьютер компании. А потом отчитываются перед генеральным, сливая тех, кто отлынивает от обязанностей. А я в курсе, Давид как-то проболтался. Теперь даже в соцсети не захожу и в аське с девчонками не перебрасываюсь новостями. Мало того, что это чревато последствиями и можно лишиться премии, еще противно от мысли, что кто-то читает твою личную переписку.
На сотовом открываю конвертик. Сообщение от Насти (ныне уже Грановской) и фотка улыбчивого семейства. Пишет, что долетели хорошо. Но на взлете Алиса сильно плакала от заложенных ушек, потом перевернула еду, и ее вырвало на папу.
Я невольно улыбаюсь полученному сообщению. Крестница еще та егоза, хотя очень-очень обаятельная, это у нее не отнять. Какое-то чувство тоски невольно шевелится в душе, но я гоню смуту прочь. Что поделать, Настя теперь отломанный ломоть, у нее на первом месте семья. А подруги…хм…уже не в почете.
Из омута мыслей меня вытягивает негромкая трель стационарного телефона. Не задумываясь, подхватываю трубку, аппарат только для внутренней связи. На том конце моя непосредственная начальница — Арев Азатовна:
— Маргарита, — произносит грубоватый голос с ярким акцентом, — ты подготовила отчеты, которые я просила. Зайди ко мне, — и отключается.
Я безмолвно цокаю языком на это заявление и кладу трубку. Еще минут десять судорожно вбиваю в компьютер цифры и считаю. Второпях закончив документ, отправляю его на печать и иду к принтеру, который расположен в самом углу кабинета.
Наблюдаю, как Ирка Белозерцева, закинув ногу на ногу, тщательно поправляет на груди пышные рюши. Подкрашивает яркой помадой слегка обветренные губы и переобувается в туфли на высоких каблуках. Скоро обед и она готовится выпорхнуть как радужная летняя бабочка в кафе, которое находится на первом этаже здания. Чтобы поразить воображение большинства представителей сильного пола, которые с остервенением вгрызутся в свой бизнес ланч.
Вот чего ей неймется? Размышляю я, складывая в файл бумаги для начальницы. Живет себе девка спокойно. Свою квартиру имеет, доставшуюся от бабушки, хорошую машину недавно в кредит взяла, по заграницам катается два раза в год, ни в чем себе не отказывает. Завела бы любовника, если уж совсем одиноко и не парилась. Нет, вся извелась в поиске законного спутника.
И зачем ей этот штамп в паспорте, что он даст? Привяжет мужика пожизненно? А если он придурком окажется, так кому больше не повезет?
