Свет утренней звезды - страница 76

— Знаешь, Аэр, — протянув ладонь, дотронулась ею до сверкающей щеки духа. — Если тебе когда-нибудь будет грустно и одиноко, ты всегда можешь прийти ко мне. Я не знаю, смогу ли я развеять твою печаль, но поделиться самыми светлыми эмоциями и просто выслушать — это в моих силах.

По лицу Аэра внезапно сползла тоненькая волна, похожая на ручеек. Мне даже на секунду подумалось, что дух плачет. Но ведь такого просто не может быть? Или может? Губы золотого мягко коснулись моей ладони, оставив на ней маленькие вспыхивающие искорки.

— Спасибо, Эя, — прошептал Аэр. — Подожди немного, я сейчас принесу тебе поесть. Золотое лицо растаяло в воздухе, оставив меня в одиночестве и растерянных чувствах. Вздохнув, решила подойти к окну, чтобы посмотреть на улицу, пока буду ждать духа. Шаг я сделать не успела. Только подняла ногу, как внезапно зависла в воздухе, подхваченная призрачными руками Сиэма.

— Что происходит? — испуганно покосилась на вечного. Золотая морда недовольно опустила глаза в пол, и я заметила там отбитое от стакана донышко, с торчащим вверх, словно шип, осколком. Наступи я на него в сандалии с тонкой подошвой, в которые была обута, обязательно пропорола бы себе ногу.

Наверное если бы не общение с Аэром, я ни за что в жизни не сказала бы вредной морде, постоянно хватающей меня, как мешок с опилками, того, что сказала.

— Вы очень любезны, Сима. Спасибо, — морда удивленно раскрыла рот, а я осторожно чмокнула его в призрачную щеку.

— Как вы меня назвали, госпожа? — ошалело промямлил дух.

— Вам не понравилось? — разочарованно поинтересовалась я. — Просто Сиэм звучит как-то грубо и очень официально. А Сима — тепло и по-домашнему.

— Что значит по-домашнему? — дух опустил меня на пол у окна, и завис предо мной, покачиваясь, как стебель болотного крепса на ветру.

— Это когда вас так ласково называют самые близкие и дорогие люди, — объяснила я.

— Близкие и дорогие… ласково… — зачарованно просипел Сиэм. — Мне понравилось, госпожа.

— Ну какая я тебе госпожа, Сима? — приветливо улыбнулась духу. — Я Эя. И давай на ты, а то как не родные. Вон сколько уже друг друга знаем.

Дух растерялся, и вытаращив свои огромные глаза молча смотрел на меня.

— Если не нравится Эя, можешь звать по-другому. Я не обижусь, — Сиэм, похоже, впал в прострацию, потому что так и не вымолвил ни слова. — Только не надо называть госпожой. Мне кажется, это несправедливо — заставлять таких мудрых и красивых существ как вы, расшаркиваться и кланяться перед простыми смертными.

— А как тебя называли по-домашнему? — вдруг подал признаки жизни Сиэм.

— Папа звал солнышком, мама — проказницей, а Мирэ — сестренкой.

Лицо Сиэма дрогнуло и стало расплываться в улыбке. — Можно я буду звать тебя сестренкой?

К горлу подступил жесткий, колючий комок. Из уст золотой морды это слово прозвучало так привычно, так знакомо, отзываясь в моей душе забытой мелодией счастья. Братьев-духов у меня еще не было. А почему бы и нет?

— Можно, братец Сим, — смахнув слезинку, прошептала я. — Я всегда мечтала о брате.

Сиэм вдруг вспыхнул, как факел, озаряя комнату теплым янтарным светом.

— Тебе плохо? — испугалась я.

— Нет, мне хорошо, — смущенно сообщил дух. — Никогда так хорошо не было. А вы тут с Аэром что делали? — он отвел взгляд, словно стеснялся посмотреть мне в глаза. Ага, подглядывал значит! Но вслух я ему этого говорить не стала.

— Это когда? — лукаво поинтересовалась я, делая вид, что не понимаю, о чем он спрашивает.

— Это когда вот там стояли, — морда засверкала, став насыщенного шафранного цвета, словно на ней проступила яркая краска стыда, и ткнула призрачной рукой в то место, где мы с Аэром обнимались.

— Ааа, — бесцветным тоном потянула я. — Так обнимались. Хочешь, я и тебя обниму?

Сиэм несмело кивнул, а я вытянув руки, прижалась лицом к сверкающему, колышущемуся облаку. Ощущения были довольно странные. С одной стороны, вроде стоишь и обнимаешь воздух, а с другой стороны — этот воздух под твоими ладонями внезапно становится вязким, теплым, вибрирующим, как задетая струна. Стало щекотно, и я засмеялась. Сиэм хмыкнул, а затем стал переливаться разноцветной радугой, хихикая мне в унисон.

— Ты что здесь делаешь? — прошедший сквозь стену Аэр гневно уставился на Сиэма. Поставив столик с едой возле окна он развернулся и грозно попер на обиженно хлопающую глазами золотую морду Сиэма.

— Я выполнял распоряжение хозяина, чтобы волос с ее головы не упал, пока некоторые шлялись неизвестно где, — Сиэм задрал нос и выгнулся колесом, похоже, выпячивая свою призрачную грудь.

— Подглядывал, значит, — умозаключил Аэр. — Ну все, я вернулся. Проваливай давай.

— А ты чего это мне приказываешь? — злобно прищурился Сима. — Ты еще свои золотые слюни пускал, когда я уже бороздил бескрайние просторы спектров.

— Эээ, мальчики, — втиснулась я между напыжившимися как боевые петухи духами. — А давайте не будем сориться. Аэр, братец Сиэм меня действительно спас. Если бы не он, я бы проколола ногу, и вам обоим попало бы от Ярла, — кивнула головой в сторону валяющихся на полу осколков.

— Попало бы… — сердито пробурчал Аэр, зависнув над грудой разбитых стекляшек. — Некоторые неуравновешенные, понимаешь, бьют посуду, а девочке потом ступить некуда, — осколки внезапно исчезли с пола, словно их кто языком слизал.

— Спасибо вам, — ласково погладила одной и другой рукой висящих по обе стороны от меня духов. — И чтобы я без вас делала?