Молчали все, от изумленья немы, А я рыдал, почувствовав беду: "Ушла… ушла… И я лишился темы, Какой, увы, уж больше не найду!"
Твои слова звучали так напевно, Но вера им свелась у всех к нулю. И ты ушла, суду швырнувши гневно: "Я к своему вернуся королю!"
Потупившись, две глупеньких гризетки Твой гардероб тащили впереди, И — злой символ! — три желтеньких розетки У всех троих дрожали на груди.
О три красы! О желтое созвездье! Презрев наш суд, идите же туда, Где в некий день настигнет вас возмездье Не менее сурового суда!
ВОТ ИМЕННО!
"Здор_о_во!" "Здор_о_во!" Встретив эсера матерого, Какой-то наивный чудак Стал корить его так: "Послушай, дружище! Ведь я считаю, что эсеры чище, Чем принято о них говорить. Бросили б вы, милые, дурить. Вот я был на эсеровском процессе (Сужу, стало быть, не по ненавистной вам прессе), Так сам я слыхал, как один свидетель Аттестовал антантовскую добродетель, От которой вы, эсеры, без ума. Антанта, задуши ее чума, Вас в восемнадцатом году на большевиков натравливала, А сама… кадетское министерство подготавливала! Обрадовалась бы Россия такому подарку? Революцию, стало быть, на смарку? Опять оседлать рабочего и мужика?" "Эх, — вздохнул эсер на слова чудака, — Гляжу я на тебя, дурака отпетого. Да почему ж ты думаешь, что мы были… против этого?"
В МАЛОМ ВЕЛИКОЕ Коммунистическая ода
30 июня 1922 г. комячейка ф-ки Гознак
справляла торжественный выпуск учеников
партшкол двух ступеней.
Из учеников особенно выделялся один
рабочий-печатник 47 лет, обремененный большим
семейством при очень тяжелом материальном
положении, _И. П. Константинов_, который,
проходя эти две школы как I, так и II ступени,
был самым примерным и внимательным учеником, -
он не пропустил ни одного дня занятий
партшколы.
Общее собрание рабочих-коммунистов
приветствовало этого ученика — рабочего от
станка, который, посвящая себя занятиям
политическими науками, не останавливается ни
перед какими преградами.
В ответ на приветствие Константинов
заявил: "_Я рабочий, а рабочий при Советской
власти должен знать, что он сам должен найти
правильный путь в ученье и знании_".
Рабочие, ученики партшколы, постановили
тов. _Константинова за его твердое стремление
к знанию занести на красную доску_.
День трудовой отбыв, усталый от натуги, Порою, может быть, больной — Не самогонкою хмельной Ты отравлял свои голодные досуги, Не в церковь тупо брел — глотать гнилой дурман, Не на базар спешил с продажной зажигалкой, Чтоб, сбыв ее, бумажкой жалкой Заштопать кое-где дырявый свой карман, — Презрев мещанские насмешки и уколы: "Туда ж, с мальчишками учиться, бородач!" — Ты шел к порогу новой школы Для разрешения неслыханных задач. Среди нехоженных, огромных Российских наших пустырей, Таких, как ты, невидных, скромных Немало есть уже у нас богатырей. Рабочий рядовой, "товарищ Константинов", Сознаньем классовым могуч, Ты — исполин средь исполинов, В твоих руках — к победам нашим ключ. Всем меньшевистским злым кликушам, В решающие дни пошедшим с нами врозь, Всем чванным и гнилым интеллигентским душам, Презреньем кастовым отравленным насквозь, Всей эмигрантщине зверино-плотоядной, Парализованной, но все еще живой, — Какой угрозою убийственно-наглядной Является культурный подвиг твой! К _серпу и молоту_ прибавив силу _знанья_, Ты, у врагов кому иного нет названья,
Книга Стихотворения, басни, повести, сказки, фельетоны (, автор Бедный Демьян. Русская версия онлайн книги представлена в открытом доступе для чтения на мобильном телефоне или пк. Бесплатная библиотека Read-book-online.com - полные версии популярных, классических или новых книг в разных категориях онлайн бесплатно можете читать прямо здесь.
