Изгнанники. - страница 121
Мурена спрыгнула со своего балкончика, перехватила фиолетовую сеть, проявившуюся внезапно, раскачалась и приземлилась на галерею. Бест сидел невдалеке.
— Привет... Мурена, ты как рассветное облачко! Красивая. Так меняешься, сделав тень?
— Да!.. — ответила Мурена, выдохнув все тревоги. — Как же я тебя люблю.
Их уединение нарушили.
— Пурпурная Рыбка, — просипел Змей, выползая прямо из стены, — нам с гостем надо поговорить...
Мурена хмыкнула, пожала плечами и, раскинув руки, сиганула вниз. Бест улыбнулся:
— Я не могу так!..
— Зови дракона. Я открою сетку. И приоденься.
На полу галереи стояла вытянутая, полупрозрачная пирамидка, тихо светясь. Рядом с ней одеяние, белое с жёлтым узором, знакомый узор. Бест вздрогнул, уставился на Монстра:
— Эта ткань?..
— Что, не такую хотел?
— Мне надо кое-кого повидать перед уходом...
Монстр озадачился:
— Просто скажи, что случилось?
— Где Дикарь? Новенький?
— Не слежу за ними... Гость мой! — Змей уловил, в чём суть. — У меня море таких тряпок!
Бест поверил, но не успокоился:
— Когда я вернусь, я увижу всех, кого оставляю?
— А ты вернёшься? — переспросил Змей хрипло, с неподдельным изумлением. — А, ну да, я обещал отдать тебе одного из них... Ты выбрал новенького?
— Никого я не выбирал!
— Ладно, выберешь потом. Будут на месте. Даю слово.
Бест накинул длинную хламиду, взял тень. Холодная, уравновешенная, тяжёлое основание. Вершиной к земле не перевернуть.
— Она может держать артефакт?
— Разумеется, может. Вот ещё кое-что.
Из когтящей, беспокойной лапы Бест взял маленькую вещицу, грубо слепленную, тоже стабильная тень, как птичка глиняная.
— Выпусти, подбрось, где приземлишься. Я изображу в текучих тенях неба, будто ты упал сквозь них.
— Ага.
Бест позвал своего дракона, мощного, синеглазого, появившегося с широким кувырком. Сел, и завис перед башней, глядя на неё снаружи, на её Архитектора, огромного Змея с золотой цепью, страшными лапами и глазами, не видящими его.
— Не беспокойся, — просипел Змей, — твои друзья отлично проводят время. Превосходно.
— Архитектор... Плесни воды на тех, кто в подвале.
— Гость мой, их жизни — моя забота.
Бест хлопнул дракона по шее. Внизу белый, изъеденный кривулями тропинок, проносился под ним материк. "Морская Звезда, первый мой Собственный Мир, сначала я хочу разглядеть тебя, поздороваться..."
Нелегко оказалось найти пятачок бесснежной, красновато-бурой земли, а тропинки слишком узкие. Едва ступив на материк, не успели ещё растаять сапфировые очи Белого Дракона, Бест коснулся тверди рукой и поднял насколько возможно приземистую пирамидку, сплющил её до предела. Артефакт... "Артефакт?! Ну, надо же было забыть!.." Открутил пуговицу с рубашки, поместил сверху. "Чушь какая!.." Роковая вещь, муренина жемчужина спряталась в кармане, не нашёл. Утвердив артефактом торговую подставку, чтоб не растаяла пустой, Бест вскинул руки по сторонам, соединил ладони над головой, и вокруг него лёгкой вуалью образовался шатёр, уходящий вершиной прямиком в его Собственный Мир. Пение дроида, едва слышное, разлилось под шатром. Блаженство. Огляделся сквозь тонкую иллюзорную ткань. Слева пологий холм. Пустая, белая равнина обрывается ущельем вдали. Позёмка. Качаются смерчи, но тропинки не заметает. "Как сделаны они? Удивительно". Бест высунулся наружу, подбросил в небо маленькую птичку-тень и, роняя пуговицу с него, осторожно наступил на острие настоящей торговой подставки... "Попался!!! Дроиды, с неё не сойти!.. Не раньше, чем кто-то придёт! Не раньше, чем выкупят меня... у меня! Небо и море, так вот почему хищники не ловят на рынках этим способом!.." Первый момент паники завершился безудержным смехом. "О, светлые дроиды, только я мог придумать такое!.."
В тучах над равниной определённо что-то происходило. Обнадёжило Беста, может, не придётся очень уж долго ждать. Нашлась жемчужинка... Бест подбрасывал её и ждал, поглядывая на вход, на очертания смерчей, затемняющие вуаль. Он опасался, ясное дело, и внезапного нападения, и челюстей разрывающей тени. Но надеялся сохранить на нужные ему доли секунды ясный рассудок. Бест поймал жемчужину тыльной стороной ладони ловко, как дроид, и снова вгляделся в горизонт. Без толку. Он заметил Сократа лишь вплотную, когда тот широко откинул полог и сбросил белый капюшон с головы.
Жемчужина упала, покатилась, Сократ поднял её и замер на входе. Бест даже приблизительно не загадывал, что дальше. И вот пред ним спокойно, покачиваясь, стоял маленький юноша с хвостом змеи, отрешённый. Бест всмотрелся в строгие черты, припоминая. Смутно.
— Сократ? — окликнул он, опасаясь не атаки, а того, что юноша-змей исчезнет, растворится обратно в снегах.
— Кто ты? — спросил Сократ металлическим, гулким голосом, раскатившимся по равнине. — Я плохо вижу. Ты знаешь меня?
— Я Бест.
Долго-долго в молчании стояли они лицом к лицу, пока Сократ не сказал:
— Бест. Тени. Великое Море... Чем же тебе отплатить за спасение? Лёгкой смертью или мучительной жизнью, подобно моей, чистый хозяин? Как Архитектор, мой учитель, ты вернулся туда, откуда ушёл. Видишь ли, напрасно... — неожиданно Сократ нараспев произнёс цитату из песни последних времён, саги, которой, собравшись все вместе, провожают беспечное время сухого сезона. — "Ты привёл в свой дом... чудовище, и чудовище... разрушило твой дом..."
— Нет! — Бест покачал головой и ответил цитатой из её же припева, повторяющегося много раз. — "Я принёс в свой дом птенца... и безрассудно покинул... на попеченье других..." Позволь мне исправить ошибку!
