Изгнанники. - страница 58

— Зачем? Я подумал, так озираются. Ан, нет. На их пути оказались две мои тени. Стая не нападала, и не разделилась, их просто затянуло внутрь неё. Хорошие были тени, дозорные. Но это, ладно бы. Я смотрю, впереди ещё одна такая же стая кружит на месте. Вокруг ещё две, и ещё. И они объединились. Сейчас покажу.

Он выдернул из широкого пояса одну синюю ленту, по краю которой Селена нанизала ракушки, расправил, перевернул один её конец и соединил с другим в ленту Мебиуса. Как бы, наружная плоскость переходит в, как бы, внутреннюю. Изумруд положил её вокруг проталины и белых цветов, на снегу.

— Вот как они замкнулись. И я понял, не приближаясь к ним, не подходя, я почувствовал, что так они неуязвимы! Нет шансов у того, кто в кольце!

Бест смотрел на атласную синюю ленту, на перламутровые ракушки вокруг весенних цветов...

— Я подплыл... Затягивает. Но не сильно. Для меня не сильно. У них на хвостах шипы, по два на раздвоенном хвосте. Нос в хвост, получается сцепка, и кружатся непрерывно. Ладно, эка невидаль, сцепку можно разбить, возможно и двигаться быстрей, чем они, не полоснуть по боку, а пробить до центра, где оно крепится всё, это если не разбирать, а разрушить... Но ты знаешь, почему я решил, что они будут выпрыгивать, летать, ползать по земле?

— Почему? — последнее уже не удивило Беста.

— Они, кружась, пожирают друг друга! У них на одну стабильную тень, — Изумруд растопырил пальцы, — десять, двадцать расходных! Они смогут, отбрасывая их, вылетать в воздух, прокладывать ими путь по земле, выстилать! Как ночной туман должен идти перед Морским Чудовищем с извращённым телом, перед тенями на суше, так они смогут двигаться днём по телам своих! И та, что пойдёт по ним, стабильная тень состоит из нескольких противовесов. Имеет основной маршрут, или цель, но в остальном, в промежутках, при встрече с чем-то новым, ей всё равно, в какую сторону бросаться. А как предугадать в какую, если она сама этого не знает? Великолепная конструкция! В море будет не скучно, наконец-то! Подумаешь, прежде чем выйти погулять из Собственного Мира!

Изумруд обратил внимание на отрешённость в лице Беста и по-своему истолковал его потерянный взгляд.

— Тебе неинтересны детали... Что же ещё, по сути... Ещё хищника, создавшего их, я вычислил, встретились. Тот юноша, Фанатик был у него в когтях...

— Так это не причуда моря?! У них есть создатель?

— Конечно, странный вопрос! Как само может что-то сложиться? Даже ничейные тени кто-то создал давным-давно, и потерял, или погиб. Есть создатель... И он настолько же отвратителен, насколько глуп! Великолепно! У другого бы не получилось: только расширение, только захват!..

— Жаль... — Бест огляделся в весеннем перелеске. — Я уже успел привыкнуть, всё так недолго. Ты повторишь это в пещерах для изгнанников?

— Если хочешь. Они меня не очень-то слушают. А зачем так подробно? Не проще сказать, чтобы жили на драконах?

— Потому и не слушают... Проще сказать, объяснить сложнее. Полетели сейчас.

— И ты?

— И я.

— Зачем?

— Я должен.

— Не понимаю. Что даёт самоубийство? Хочешь, чтобы я подробно рассказал им? Хорошо, расскажу.

Бест опомнился.

— Насколько, по-твоему, быстро станут развиваться события?

— Весьма.

— А шансы? У людей?

— На материке — ничтожные, на бегство — отличные, пока... Высоту, где облачные миры, Чудовища Моря затронуть не способны.

— Так сможешь ты объяснить им это?! И тем, кто решит бежать, и тем, кто захочет остаться?!

— Сейчас они решат одно, завтра другое... Завтра снова объяснять?.. Бест... Ты хочешь, чтобы я занялся этим? Остался с ними?

— Да!

— Великолепно! — Изумруд засмеялся, откинулся на снег. — Прекрасно! Это даже лучше, чем охотится в море! Бест, я видел твою конвенцию, слышал её, я понял. У них будут шансы!

Глава 15.

Глава 15.

Изумруд совершенно правильно оценил масштаб угрозы, слаженность нападающих и вектор развития, но перемены на континенте Морская Звезда оказались ещё радикальнее и случились ещё быстрей.

Проводя ночь за попытками разобраться, соорудить в недрах своего Морского Гиганта нечто подобное виденному, Изумруд пустил его курсировать на большой скорости, меняя глубины, чтобы наблюдать за морем. В целом оно было спокойно. Гиганты знакомых ему хищников, предпочитавших тактику ловушек и сетей, не грызущихся между собой, пассивно опасные, держались облюбованных ими течений. Мелкие хищники шныряли у берегов. Большие бессознательные тени распадались, тянулись к мелким, окутывали их, обратно слипались и плыли, переходя в серый, клубящийся туман. Когда же утром он всплыл и вышел на берег... Глубокие, жуткие борозды тянулись внутрь материка. Сплошь, без перерывов, справа и слева, насколько хватало взгляда! Они шли по песку и гальке, разворотив прибрежные валуны, даже на скалах оставив прерывистые плоски, где тень отталкивалась, и где подтягивала шипастый хвост. "Ого!.. Ничего себе сила! А не опоздал ли я со своим обещанием?!"

Он не опоздал. Изгнанники скрылись в пещерах и подземелье. Их спас единственный, еженощный костёр перед входом и Чёрные Драконы. Нападавшие тени никогда прежде не видели огня. Они и света почти не видели, не ориентировались в нём, переносили плохо... Они вышли в ночь из великой ночи морских глубин, на самом деле, совершенно с иной целью... Побоку группка людей. "Но так будет не всегда, — подумал Изумруд, — если на первый раз была ночь, это не значит, что на неё же придётся и второе нападение". Когда он сделал круг над верхней террасой пещер и оставил Белого Дракона, изгнанники как раз решились выйти на свет. Невообразимое зрелище изборождённой шипами земли предстало им, земли, покрытой белыми студенистыми пятнами до горизонта.