Дар Прозерпины - страница 21
– Ты хозяев-то за простачков не считай, те, кто много зарабатывают, да не так, как ты, а официально, ходят на службу, уж наверно знают, как свои денежки припрятать. Давай пока осмотрим стены.
Максим стал рассматривать все намеки Иванова как прямое руководство к действию и принялся внимательнейшим образом изучать кафель стен.
– Здесь тоже ничего нет, – обиженным голосом сказал воришка.
– Ну вот, чему тебя только в школе учили?
– В школе этому не учат…
Иванов проигнорировал это замечание.
– Попробуй надавить на вторую кафелину от стены и от пола одновременно с третьей от пола, но четвертой от стены… Это же так просто… С кем имею дело…
Максим сделал все в точности, как подсказал ему голос, и почувствовал, как одна из плит между теми, на которую он надавил, постепенно открывается. Кафельные плитки были большие, гладкие, явно не местного разлива, а западного производства.
В тайнике, судя по всему, могло поместиться много.
Максим не заставил домового долго ждать и начал выгребать из потайного местечка все подряд: купюры и металлические деньги, какие-то бумаги.
– Счета за телефон и чек на покупку телевизора оставь, зачем тебе они?
– Извиняюсь… не разглядел. – И вор стал сортировать вынимаемые бумажки в две кучки: деньги в одну сторону, прочее – в другую. Кое-чего из бумаг, попавших в разряд «прочее», его все же заинтересовало, и он подумал, не отложить ли их в третью кучку…
– Это облигации государственного займа… Не именные, конечно, но, если решишься их «сдать», можно по номерам вычислить грабителя. В общем, брать не советую – отмывать замучаешься.
После такой рекомендации, ясное дело, ничего не оставалось, как с чистым сердцем переместить их к счетам за свет и чекам за электроприборы. Когда работа была окончена, вор принялся запихивать «ненужные» бумаги обратно.
– Как, уже все? – удивился домовой.
– А что, есть еще что-то?
– Гляди дальше, ищи глубже, копай лучше.
Максим приободрился, снова вынул «ненужные» бумажки и стал шарить рукой дальше. И точно! Позвякивая, ему в руку опустилось несколько тяжеленьких предметов. «Золото», – мелькнуло у него в голове.
– Оно самое, – подсказал голос.
Нет для вора счастливей момента, когда золото само идет в руки. Тем не менее, особой эйфории Максим сейчас почему-то не испытывал. Нервозная обстановка. Кто-то лишний. Смотрит, наблюдает… Вообще-то он всегда работал один, это был его принцип: если прокололся, пеняй только на самого себя. А здесь вроде как напарник нарисовался. «Надо ли будет с ним делиться?» – мимоходом подумал Максим.
– Нет, не надо, – заверил голос.
«Батюшки, да он читает мои мысли, все мои мысли. – Только сейчас вор понял это отчетливо. – Надо не думать. Нет, не получится. Это невозможно. Просто надо быть аккуратней».
– А вот это никогда не повредит, – подтвердил голос.
Тем временем вор все шарил и шарил в поисках новых порций золота. Найденное аккуратно отправлял в заранее припасенные мешочки. Подсознательно он уже ожидал критических замечаний и указаний «сверху», если сделает что-то не так. Но они не поступали, что несколько прибавляло уверенности в своих силах. Когда мешочки закончились, Максим стал набивать золотом карманы штанов. Набив, он быстро убрался за собой, подхватил свои вещи и направился к выходу.
– Как, уже уходишь? – удивился голос. – Сказать по секрету, там есть еще.
– Спасибо, но у меня заполнились все емкости. Я пошел.
– Ну уж нет, так дело не пойдет. У тебя остались внутренние карманы куртки. Набей их.
Максим был готов поручиться, что руки, помимо его воли, снова нащупали отверстие и, заново вынув все «ненужные» бумаги, принялись наполнять карманы металлом.
– Ну что, теперь мне можно идти? – взмолился Максим.
– Все выгреб?
– Не зна-а-ю-ю-у-у…
– Проверь, – тоном, не допускающим возражений, глаголил домовой.
Максим проверил.
– Нет, еще чего-то осталось.
– Ну, так бери.
– Не в чем нести…
– На кухне пакеты.
– Так они полиэтиленовые, порвутся.
– Ладно, убедил. Можешь идти.
Вор опрометью помчался к выходу. Дверь оказалась закрыта, более того, заперта. Он начал крутить замки, но, сколько ни крутил, они не поддавались. Вроде и замки открыты, а дверь ни в какую.
– Что, не выходит? – осведомился домовой.
– Не получается.
– Честно сказать, это я закрыл дверь, поскольку у меня сложилось такое впечатление, что ты мне не доверяешь.
– Нет-нет, что ты… доверяю.
– А веришь?
– Верю… думаю, что верю, – сразу поправился вор, шумно сглотнув.
– Даже не знаю, поверить ли тебе. Говоришь ты неискренне, ежику ясно. Но что-то заставляет меня послушаться тебя и отпустить.
– Да, отпусти, будь другом…
– А что взамен?
– Не знаю, – не на шутку растерялся горе-вор.
– Придумал, иди на Главпочтамт.
– Хорошо, заскочу домой и сразу приду.
– Э-э, нет, так дело не пойдет. Иди сразу.
– Х-хорошо… – с сомнением сказал Максим.
– Опять ты что-то задумал… Я сказал – без разговоров!
– Так точно! – по-военному выпалил Максим.
– Вот это уже другое дело, – смягчился домовой.
С этими словами дверь поддалась, и грабитель выбежал во двор. Не сразу он сориентировался, где Главпочтамт, но, свернув в арку из двора на улицу, он сразу понял, где его искать. По улице брело несколько человек, и все в одну сторону. «Странно, ночь, а люди куда-то идут. И чего им не спится?» Максим, никогда не заглядывавший на Главпочтамт и не знающий, что там может делать простой гражданин, да еще ночью, обратился к одному из прохожих почтенного вида, в длинном солидном плаще и шляпе с полями:
