Почти касаясь - страница 82

– Нужно включить отопление, – себе под нос пробормотал Эрик. – Включить воду, воткнуть холодильник в розетку.

Он составлял план действий, пока я пыталась осознать тот факт, что тут никто не живет.

Эрик занялся домом, мы с Айжей пошли на кухню. Он воткнул планшет в розетку и положил его на стол.

– Айжа, – шепотом позвала я.

Он посмотрел на меня.

– Чей это дом?

Он вытянул голову, наморщил нос, приоткрыл рот, будто бы я совсем выжила из ума.

– Эрика. – И, подумав, добавил: – Ну и мой, наверное.

– Но вы же живете в Нью-Джерси. Он продает этот?

– Нет, – отрезал Айжа, будто бы он сказал все, что хотел. Как будто от этого становилось понятнее.

– Айжа, – чуть жестче спросила я, – зачем Эрику этот дом?

Его брови похожи на положенные круглые скобки.

– Потому что мы в нем живем, может? Нью-Джерси – это временно. На шесть месяцев. Из-за его работы.

Он куда-то ушел по коридору, наверное, к себе в комнату, а я осталась стоять, разинув рот от услышанного. Эрик живет в Нью-Гэмпшире, и это означает… Эрик уедет. Колени вдруг оказались не в силах удерживать мой вес и подогнулись. Обеденного стола тут не было, так что я просто опустилась на плитку, на которой стояла.

– У меня тут особо нечем позавтракать, но вы оба сейчас скорее всего страшно хотите прежде всего спать. Чуть позже вам сойдет пицца или китайская кухня. Они привозят на дом. – Голос Эрика прорывается через туман моих мыслей. – Джубили? – позвал он, увидев меня. – Ты в порядке?

Я подняла глаза на него. Руки лежали на коленях. Он выглядел таким крепким, таким надежным. Совсем не похожим на иллюзию. Но теперь я знала, что он и есть иллюзия.

– Да, просто устала.

– Ну конечно, ты устала, – искренне сказал он. – Прости меня, пожалуйста. Поверить не могу, что притащил тебя сюда. Втянул во все мои проблемы.

– Все в порядке. – Я положила голову обратно на руки. Было чувство, что меня вот-вот стошнит.

– Ты не в порядке. – Он подошел ближе. – Ты болеешь, а я тебя сюда привез. Боже, я такой идиот. Что я могу для тебя сделать? Что тебе нужно?

Ты, – хотела ответить я, – мне нужен ты.

Но я молчала. Я двадцать семь лет прожила без него. И еще столько же проживу.

– Правда, со мной все хорошо. – Я заставила себя встать.

– Уверена?

Я кивнула.

Он стал изучать мое лицо, и я точно знала, что он мне не верит, но настаивать не стал.

– Ладно. В общем, чувствуй себя как дома. Меню доставки лежат в верхнем ящике слева от раковины. Я включил воду, но если ты хочешь принять душ, придется подождать, пока вода согреется. Полотенца в моей ванной комнате. Чистые простыни в кладовке. Сегодня можешь спать в моей кровати.

Я кивнула, но глаз на него не подняла. А потом он ушел.

В гостиной стояли два диванчика, на которых мы с Айжей расположились, когда Эрик ушел. Айжа включил телевизор, но уснул через несколько минут, так что я осталась наедине со своими мыслями, они все еще скакали после того, что мне сказал мальчик.

Сначала я была в бешенстве: как Эрик мог не сказать мне, что уедет? Как он мог позволить мне так с ним сблизиться, чтобы мне было так хорошо? Потом здравый смысл взял свое, и я вынуждена была признать правду: а с чего вдруг ему мне говорить? Он мне ничего не был должен. Я просто девушка, которую он подвозит домой последние несколько месяцев. То, что он сказал Стефани, все еще звучало в моей голове. Я просто библиотекарь. Друг. И вдруг я так смутилась от того, что думала о большем. Но тут вступила другая часть разума: он пытался меня поцеловать. И прошлая ночь, его руки. Его руки были… там, где они были. Я потрясла головой в надежде избавиться от этого воспоминания. Нет, это же вообще ничего не значит. Я достаточно взрослая, чтобы понимать, поцелуй – это не договор. А поцелуи, которых не было, значат еще меньше. Рука на моей груди, поверх одежды? Да пятнадцатилетки дальше заходят под трибунами на футбольных матчах. Поверить не могла, что так много надумала. Это было приятное мгновение, но все, что это было, – мгновение. Это ничего не значит. Я поняла, что с Эриком я видела то, что хотела видеть все это время, на что я надеялась? Меня нельзя трогать – ни под одеждой, ни как еще. И он это знал – так как мы могли стать чем-то большим?

И правда, мне стоило бы догадаться о том, что он уедет. И даже не потому, что он хороший отец и, очевидно, выберет быть рядом с дочерью, но еще и потому, что, как говорил мистер Уолкотт: «Ищите закономерности». Конечно, он говорил о решении задач по математике, но в жизни эта стратегия тоже работает. Закономерность такая: уходят все. Или даже еще точнее: от меня уходят все. И я это говорила не в том печальном и исполненным жалости к себе смысле, в котором это может прозвучать (хотя я признавала, что на самом деле я жалуюсь, грущу и жалею себя). Это просто факты. Закономерности моей жизни. Отец. Мама. Черт, да даже Луиза. Если я вдруг понимала, что к кому-то привязалась, надолго этот человек рядом не задерживался. Уверена, что уход Мэдисон – это тоже просто вопрос времени.

Видимо, в какой-то момент моих размышлений я заснула, потому что потом я проснулась, не понимая, что происходит, на диване. Телевизор все так же был включен. Айжа проснулся и смотрел его.

– Который час? – спросила я, отметив, что горлу стало лучше. Хоть что-то.

– Пять.

– Вечера? – Я удивилась, что проспала так долго.

– Ага. Я умираю от голода.

– Я тоже.

Я пошла за меню доставки на дом, и уже через полчаса мы с Айжей поедали жирную лапшу в каком-то слишком сладком соусе, сидя на полу в гостиной. В комнате рядом с кухней был обеденный стол и стулья, но оттуда не было видно телевизор, а Айжа хотел показать мне «Людей Икс». Он показал мне, кто такая Джубили, когда она появилась на экране.