Playthings - страница 39
— Да я не сомневаюсь, что отвешивать мне пинки ты готова просто так и без повода, — кивнул Мика, вновь возвращаясь к лицезрению монитора и щелканью по клавишам.
— Ты опять выставляешь меня какой-то неуравновешенной, — фыркнула я беззлобно, потихоньку планируя уже слезать с кровати и идти умываться.
— Нас тут двое, и мы можем говорить друг другу правду, а неуравновешенной ты сама себя назвала. Для меня ты просто дурочка…крашеная.
Он даже глаз от монитора не поднял, продолжая быстро и резво печатать что-то, периодически щелкая мышкой.
— Маменькин сынок, — отозвалась я привычно, а Мика громко усмехнулся в ответ.
— Так как вчера все прошло с рыжим?
— Тебе так интересно? — я приподняла брови.
— Слушай, я же сказал тебе про блондинку!
— Сказала же, что все было хорошо. Этого достаточно, — улыбнулась я, скорчив рожицу. В ответ в меня полетела пластиковая коробочка из-под диска, от которой я легко увернулась, рассмеявшись. — Парни не обсуждают между собой свои свидания, между прочим — а поскольку единственный рабочий член у меня, я могу об этом не распространяться.
— Еще как обсуждают! — возмутился Мика в ответ.
— Я бы с тобой не рискнула это обсуждать, — поддела я его. — Так что отстань и продолжай свое общение с детишками, а мне некогда.
— Ну вот, ты как всегда хмурая. Детка, дай мне номер этого рыжего, я ему расскажу, что надо делать с девушками, чтобы потом они становились милыми и добрыми… — Каллахен насмешливо посмотрел на меня, улыбаясь как Чеширский кот. Сказать по правде, эта улыбка бывает у него редко. — Хотя в твоем случае я не уверен, это хроническое, — добавил он немного погодя.
— Это у тебя хроническое, и связано с отсутствием мозгов как таковых, — фыркнула я в ответ, показывая ему средний палец. — Как можно быть настолько озабоченным?
— Я о тебе, между прочим, беспокоюсь! — возмутился Мика. — Это не озабоченность.
— Это уже не озабоченность. Это извращение, — согласилась я, соскакивая с кровати и направляясь в ванную. “Ничего ты не понимаешь!” — завопил мне вслед Мика, и я рассмеялась в ответ уже в коридоре, шлепая босыми ступнями по прохладному полу.
Я могла понять Мику — с мужским ограниченным умом, он мог резонно думать, что у меня может быть паршивое настроение из-за отсутствия личной жизни как таковой. Впрочем, это, безусловно, тоже влияет на настроение, но не настолько же! В этом плане отсутствие или наличие бойфренда на меня абсолютно не действует. Я могу быть более раздражительной и просто так, и от банальной усталости.
Мужчины…
Когда я спустилась на кухню за привычным кофе на завтрак, там уже работал телевизор. А на разделочном столе у холодильника символично лежали яйца, молоко и прочие прелести для вкусного и полезного омлета для одной нахальной личности. В этот момент она вновь восседала на столе и резво болтала ногами в воздухе. Впрочем, эта личность кроме омлета предусмотрела еще кое-что — и рядом с ним стояла ароматная и манящая кружка свежесваренного кофе, на которую, признаться, я сначала и внимания не обратила.
— Опять?! — перекрестив капитана еще от холодильника, я притворно схватилась за сердце. Мика в ответ громко расхохотался и протянул мне кружку с кофе.
— Я сделал в обмен твой отвратительный кофе, — сообщил он, ткнув в кружку пальцем.
— Сделал? Там надо было только кнопку нажать, — проворчала я, забирая кофе себе и с наслаждением вдохнув чуть горьковатый аромат моего любимого напитка на завтрак. Мика насмешливо передразнил меня, скорчив забавную рожицу, отчего я едва не поперхнулась, хихикнув. — Ладно уж, манипулятор. Раз ты догадался сделать мне кофе, я сделаю твой омлет, так и быть. Но завтра уже не прокатит… — предупредила я, поставив кружку и направляясь к разделочному столу. Пока я готовила омлет, а мой кофе потихонечку остывал, мы молча смотрели мультики по кабельному каналу: не то “Люди Икс”, не то “Капитан Америка”.
— Какие планы? — поинтересовался Мика, уже облизываясь на омлет, который я как раз несла ему. С крышки стола он слез и как воспитанный человек устроился на стуле. Даже сока себе сам в стакан налил, на удивление. Это я уже ехидничаю, конечно.
— Никаких. Меня манит пляж и солнышко, буду весь день лентяйничать до полного изнеможения, — сообщила я, устраиваясь с кружкой кофе напротив него и щурясь от бьющего в окна света. Жалюзи никто с вечера не опускал, вот солнечные лучи и заливали кухню. Блондину солнце, похоже, было нипочем: омлет для него значил больше, чем какой-то свет.
Я помнила о том, что через два дня уже наступит пятница, а я так и не освоила эти злополучные туфли: времени оставалось в обрез, поэтому сегодня мне предстояло переломать ноги в худшем случае, а в лучшем — просто вывихнуть обе лодыжки и остаться дома. Для меня лучший вариант — отъезд Мики куда-нибудь с глаз долой, а то с его издевками и насмешками я особо и не нагуляюсь в новых туфлях по дому, как планировала.
— Ты не поедешь со мной?
— Думаешь, стоит? — отмахнулась я. С Лисенком мы договорились встретиться только завтра, потому что сегодня у него с обеда какие-то свои дела, так что на площадке его не будет точно. Тем более, это отличный вариант отдохнуть от Каллахена, сами понимаете.
— Ну, как хочешь, — беззаботно пожал плечами Блондин, делая большой глоток сока. — Но не забудь о том, что ты сама пригласила сегодня Джес и папу на ужин в тот твой ресторан в парке с освещением, — напомнил он, слегка улыбаясь. — Я сейчас позвоню и закажу столик, это не проблема, проблема в том, что тебе стоит делать лицо попроще, когда ты вроде как встречаешься со мной.
