Боль и сладость твоих рук - страница 17

"Просто представь, что на твоем лице маска. Представь ее в деталях, какая она — холодная или теплая, металлическая или деревянная. Вообрази любую, какую тебе приятно, — наставлял Лизу Макс несколько месяцев назад, — И надень на то время, пока она необходима. Представь, что ты смотришь из-за этой маски и твои настоящие эмоции не могут отражаться вовне".

Очень скоро, после недолгих тренировок, у нее начало получаться — и так Лиза смогла выйти на свет. На самом деле она почти не ревновала его. Ей нравилось наблюдать, как он ласкает других женщин, шлепает их, дразнит — нравилось, потому что она была уверена в нем. Лиза знала, что потом он придет к ней и будет трахать до тех пор, пока они оба не останутся без сил — потому что после этих сцен Макс перевозбуждается. Она знала, что это нужно ему — всеобщее внимание и толпы женщин, которые его боготворят. И Лиза не видела никакой причины лишать его этого удовольствия.

А кроме того… ей тоже нравилось играть с другими. Она довольно быстро свыклась со своей королевской ролью, с тем, что ее считают главной сабой клуба, с тем, что она становится все более и более желанной для других домов по мере того, как их отношения с Максом длятся и становятся все более серьезными. Но также, как и в Максе, она была уверена в себе — ей никого не хотелось внутри, кроме него. И она всегда говорила об этом другим доминантам — всем своим видом, и словами, и даже выбором коктейля.

— Опять без проникновений? — весело шепнул на ухо габаритный мужчина в темных джинсах и белоснежной рубашке, присаживаясь рядом. По телу Лизы прошла приятная мягкая дрожь. Мастер Коп. Один из лучших, самых желанных мастеров в клубе. Единственный во всем клубе, кто трахал ее, кроме Макса — но лишь раз, с разрешения последнего и в его присутствии, в ту сумасшедшую ночь, когда они играли в тройке.

Возможно, она бы влюбилась в него, если бы не Макс. Они редко играли вдвоем — но сегодня была именно та ночь. Они оба взяли разрешение у своих партнеров и собирались оторваться… как только Макс закончит великолепную сцену с незнакомкой.

— Опять, — с легкой улыбкой подтвердила Лиза, не сводя глаз с Макса.

— Ты скучная, — со слегка наигранной досадой протянул Коп, легонько коснувшись пальцем плеча.

— Скучно — не играй, — огрызнулась Лиза, наконец, сделав глоток из своего стакана.

— Лучше я тебя за это накажу, — возразил Коп, по привычке притворяясь мрачным, и, нащупав резинку ее стрингов, оттянул и щелкнул ее по попе, — а это еще что такое?

— А на что похоже? — тихо спросила Лиза.

— Саба… полегче сегодня со мной. Я пару месяцев никого хорошенько не порол.

— Что так? Твоя саба не в настроении?

— Возможно, я был не в настроении. Но только что понял, как скучал по этому, — невозмутимо ответил ее собеседник, снова задумчиво приподнимая край ее полупрозрачного платья.

Лори.

Она чувствовала его взгляд кожей — он прожигал ей спину насквозь с самого начала вечера. Но не подходил. Иногда краем глаза она видела, как он невозмутимо изучает ее, ласкает взглядом издалека и просто ждет — ждет, что она подойдет сама. Но она не подходила — позанималась с новенькими и присела отдохнуть с коктейлем в стороне. Лори сама не знала, что собирается делать дальше.

Любой неопытный дом на его месте подошел бы — да что там говорить, даже опытный наверняка попытался бы понять, в чем дело. У них был идеальный секс в прошлые выходные. Две большие сессии, обе непубличные. Несколько часов разговоров за кофе в промежутках. Даже совместный завтрак под утро, перед тем, как он отвез ее домой.

Никто на его месте бы не ждал, что Лори просто не ответит на звонок через пару дней. А потом он позвонил еще один раз, и она снова не ответила и не перезвонила. Он не заслужил этого. На это не было ни одной резонной причины. Даже малейшего повода. Она сама от себя такого не ждала.

Но она просто не могла. То, во что он играл с ней в прошлые выходные, вообще не имело ничего общего с игрой, к которой она привыкла. Если они вообще играли хоть пару минут из всей ночи. Он был слишком хорош и в то же время слишком теплым с ней. Она не могла этого объяснить, но каждой клеткой кожи чувствовала, что этот дом мог бы быть гораздо эгоистичнее. Он мог бы брать больше для себя, вести себя с ней менее внимательно, и она все еще наслаждалась бы этим. У него хватало навыков, чтобы играть в плохого парня. Но по какой-то причине он выбрал играть в хорошего — заведомо невыигрышную партию. Потому что внаглую не желал скрывать чувства?

А теперь… что он делает теперь? Играет спокойствие или действительно остается спокойным? Уязвлен так, что не может справиться с собой или пытается измотать ее?

Первые минуты, заметив, что он не сводит с нее глаз, Лори думала, что он в бешенстве. Что вот-вот подойдет и попытается стать "ацким господином" или чем-то вроде того. Такое случалось с домами, когда они слетали с катушек от злости, не понимая, что творится с сабой. Они начинали просто чересчур жестить с приказами, публично нарушать табу или повышать голос на свою нижнюю — заканчивалось это неизменно тем, что они вылетали из клуба. Некоторые на одну ночь, в случае недоразумений, другие навсегда — особенно те, кто распускал руки в гневе, подвергал свою нижнюю реальной опасности или запугивал ее.

Но по мере того, как вечер продолжался, Лори поняла, что Дима не собирался слетать с катушек — наоборот, он выглядел спокойным как удав, потягивая кофе через трубочку, перекидываясь шуточками с новым барменом и… просто не сводя с нее глаз в течение уже двух часов подряд. Ни на минуту.