Письма с «Маяка» - страница 44

Однако было бы приятно снова увидеть Дэнни и узнать последние новости. Вот уж не думала, что стану так скучать по Сэндибриджу теперь, когда больше здесь не живу.

– Ты сказала, что бал – одна из причин, по которой вы здесь, – напоминает папа, переводя взгляд с Саймона на меня. – А другая?

Я смотрю на Саймона, и он кивает в ответ.

– Вот эта! – Я поворачиваю кольцо на пальце левой руки, показывая довольно крупный бриллиант, который до сих пор скрывала. – Мама, папа, я… я хочу сказать, что мы помолвлены!

Глава 21

Мы с Саймоном расположились в комнате для гостей, а не в моей прежней спальне. Но там односпальная кровать, а в комнате для гостей – двуспальная. Сейчас Саймон дремлет, раскинувшись на ней.

Чтобы не потревожить его, я на цыпочках выхожу на лестничную площадку и открываю дверь своей бывшей спальни. И только сейчас до меня доходит, что это больше не моя комната. Теперь она стала кладовой для вещей, которым родители не могут найти другого места. Там, где красовались постеры с моими любимыми рок-группами, актерами и кинозвездами, мама повесила очень скучные эстампы с изображением растений. А платяной шкаф теперь полон бумаг, журналов и папиного старого снаряжения для крикета. Но чего же я ожидала? Сейчас мне тридцать лет, и вряд ли можно было ожидать, что родители сохранят комнату в неприкосновенности как мемориал моей юности.

Я уже собираюсь выйти, как вдруг замечаю на комоде что-то под ворохом старых портьер. Приподняв уголок портьеры, я вижу единственный предмет, оставшийся на том же месте. Это Реми.

Я осторожно снимаю портьеры и кладу их на кровать, где свалено разное барахло. Затем я возвращаюсь к старой пишущей машинке, которая предсказывала, давала советы и иногда омрачала мои юные годы.

– Так-так-так, – шепчу я, как сыщик, столкнувшийся лицом к лицу с преступником. – Значит, ты все еще здесь?

Реми, как всегда, безмолвно созерцает меня.

– Сегодня тебе нечего сказать в свое оправдание? – насмешливо осведомляюсь я.

Однако мне сразу же становится стыдно. Когда я была юной, мне действительно не всегда нравилось то, что говорил Реми. Я считала, что он не раз советовал мне что-то не то. Но теперь меня поражает, что его советы, казавшиеся неправильными, часто оказывались более чем во благо.

Возьмем, к примеру, Чарли. Ходят слухи, что благодаря своим пекарням он стал миллионером. Не знаю, так ли это – ведь Чарли не из тех, кто хвастается или сорит деньгами. Но когда я видела его в последний раз, он определенно не испытывал стеснения в средствах.

Стал бы он таким успешным, продолжая следовать тем путем, который планировал?

А теперь возьмем Дэнни. Он бы никогда не оказался рядом с Сэндибридж-Холлом в ту ночь, если бы я не уговорила его сорвать вечеринку. Но, став калекой, он учредил благотворительный фонд, который помогает бесчисленным подросткам. Этот фонд располагает средствами, превышающими все банковские счета Чарли.

И тут мне вспоминается фраза из последнего письма Реми: «…жизнь не всегда так однозначна, как кажется. Иногда плохое приводит к хорошему».

– Возможно, ты и прав, Реми, – шепчу я. Бриллиант на моем пальце вспыхивает в свете лампочки, висящей под потолком. С минуту полюбовавшись им, я перевожу взгляд на машинку. – Так что ты мне посоветуешь, Реми? Что я должна делать дальше?

Саймон сделал мне предложение в одном из наших любимых ресторанов в Лондоне, причем очень романтично: он спрятал кольцо в десерте. Я действительно любила его – и знала на все сто процентов, что это так. Но что, если я приняла неправильное решение? И оно не направит меня на правильный путь? Тот, которым следуют сейчас Чарли и Дэнни?

Реми безмолвствует – как всегда, когда за ним наблюдают.

– Грейс?

Я слышу, как Саймон пошевелился в соседней комнате.

– Я вернусь позже, – говорю я Реми. – На всякий случай.

Когда мы сообщили моим родителям радостную новость, мама израсходовала весь домашний запас бумажных носовых платков. Она плакала, приговаривая, что уже перестала этого ждать. Затем папа с мамой стали настаивать на том, что нужно где-нибудь отпраздновать это событие.

– Я собиралась приготовить мое фирменное жаркое, – сказала мама с затуманенным взором, – но тут нужно нечто особенное. Боб, закажи столик в Холле!

– Удастся ли нам туда попасть в последнюю минуту? – засомневался папа.

– Непременно удастся, если ты напомнишь Морису, что он твой должник. Ведь это ты раздобыл для Хелен ту вазу Муркрофта, которую она хотела для их юбилея. – Мама многозначительно посмотрела на папу. – Морис – метрдотель в новом ресторане, – пояснила она нам.

– Новый ресторан в Сэндибридже? – спросила я. – Где же он?

– В Сэндибридж-Холле. Сегодня там не только устраивают такие мероприятия, как бал Дэнни. Это ресторан со своим шеф-поваром, имеющим награды! И мы сможем туда попасть, если твой отец снимет телефонную трубку!

Папа закатил глаза, но тем не менее поднялся с места. Мама следовала за ним по пятам.

Когда они удалились, Саймон сказал с улыбкой:

– Мне нравятся твои родители.

– Это потому что ты провел с ними всего пару часов! Посмотрим, скажешь ли ты то же самое после целого вечера в их компании!

Наше такси въезжает в ворота и следует по длинной подъездной аллее, посыпанной гравием. Сэндибридж выглядит невероятно красиво. На всех деревьях мерцают маленькие лампочки, придавая поместью сказочный вид.